понедельник, 8 мая 2017 г.

Баджирао Мастани\Bajirao Mastani

Наталья Натанова 

Рецензия на фильм Санджая-Лила Бхансали "Баджирао Мастани" (2015)

Имхо, большой минус в этой кинокартине есть - в том, что явно переборщили в угоду новомодным технологиям и спецэффектам, картинка неплохая, но без специальных очков и аппаратуры смотрится плоской, т.е. ближе прорисовка к мультяшкам и анимации получилась, а не как обычно у Бхансали и Ко - мастерские театральная декоративность и художественная сцено и хорео графия в полной объемности и динамике.

А сам выпад в сторону зрелищных исторических эпопей с массовыми баталиями (в т.ч. кино-шедевра от Ашутоша Говарикера «Джодха и Акбар», про нерушимый союз муслимских шахеншахов и раджкумарных красоток - мол, у доблестных маратхов и даже высокопоставленных браминов тож такое исторически бывало, и еще круче могут наваять про вечную любовь мечом к мечу и вразрез с социальными нормами и предрассудками) + новый дубль пришедшегося по вкусу кинопублике страстного спарринга промеж богато украшенных костюмами Ранвиром Сингхом и Дипикой Падуконе + муз-сопровождение ------ конечно, зачетные.

Насчет обсуждения воплощения женских образов и сюжетной коллизии я бы предпочла воздержаться. В рунете уже столько написано про все это, и с разных сторон. Все актеры и актрисы играли хорошо, местами прекрасно.

Замечу только, что ломанувшаяся покорять Пуну и дом Баджирао Мастани была его женой, то есть, соответствующее моральное право на быть рядом с Баджирао у нее было. У индусов принятие ожерелья на шею служит брачным обязательством, в Бунделкханде – принятие личного кинжала. Сикхи те же с кинжалом спят даже, не расставаясь ни-ког-да, это общеизвестная традиция у индийских военных. Если уж сняли кинжал с пояса - это ШАГ, поэтому Каши так призадумалась, когда муж вернулся с поля битвы без своего самого близкого к телу оружия. Это уж Бхансали просто не стал заострять внимание на этом моменте, так что иностранной аудитории даже показалось, якобы Баджирао так уж прям и не в курсе был про последствия, когда кинжал в постели Мастани «нечаянно забыл» после «лечения». 

Неприятие Мастани семьей Баджирао заключалось в том, что она иноверка, а Баджирао – лидер ортодоксальной индуистской семьи, не желающей родниться и принимать никакие традиции мусульман, с которыми они веками бьются на поле боя. Гаремы и двоеженство в индуизме также не приняты. Даже если рожденный брамином исполняет обязанности военачальника-кшатрия по роду занятий. Брамин даже на дочери индуса-кшатрия не может жениться, это уже скандал и нонсенс, а уж на иноверке вторым браком – уж вообще позор на всю семью. Джодха-то была из кшатриев, раджеская дочь, поэтому брак ее с шахом-военным, хоть и муслимом, в принципе был возможен, в политических и общественных целях. Поэтому при дворе Баджирао Мастани, несмотря на свое благородное раджеское происхождение, смогла получить только позорящий семью Баджирао статус наложницы или любовницы, но никак не законной жены пешвы (но и никакой не куртизанки, она же только Баджирао принадлежала, а куртизанки или танцовщицы-девдаси – вообще-то публичные женщины).

И Мастани, конечно, знала на что она идет с самого начала. Действительно, по муслимским и раджпутским военным традициям, она является трофеем вояки Баджирао, который взял ее княжество в приданое и ее в законные жены. Именно об этом и была шутка Баджирао при получении новости о визите гонца от раджи Бунделькханда. Именно это Мастани ему и предложила при первом свидании за помощь в обороне. И он соблазнился и влюбился в нее с первого взгляда. И принял и ее предложение, и ее приезд к нему в Пуну вместе с приданым. И вообще, для понятий ее среды не было ничего предрассудительного или аморального находиться при муже в статусе его второй или любимой жены, и следовать за ним по домам, полям и весям.

Настоящее унижение в этой всей истории было только для браминов, семьи и жены Баджирао. Поэтому уж они, как только это стало возможным благодаря слабости и болезни Баджирао, с этим покончили. Но сына их с Мастани, кстати, не выкинули же на скотный двор, он получил воспитание и в наследство земли и приданое его матери. Все-таки Каши - из самой благородной семьи, как по индийской социальной иерархии и воспитанию, так и по поступкам. А город Каши (или Варанаси) - Мекка индуизма.

Следует отметить, что сама по себе история несчастливого двоеженства Баджирао может служить дополнительной иллюстрацией к исторической строгости индуистских норм, бытовавших издревле и в сложные периоды в брахманской среде. Причем даже на пике могольского влияния в Индостане, когда уже генерации смешанных хинду-муслимских браков существовали промеж влиятельных раджпутских кланов вояк. Та же Мастани, по фильму (и некоторым имеющимся свидетельствам историков) - ее отец-раджа как раз практиковал многоженство, даже с млеччхами, но так и не получил наследника-сына, воспитав только дочь-наследницу и воина от персидской жены-муслимки.

А ортодоксальные брамины маратхов ни ее, ни ее сына так и не признали. Для них она - как ребенок индуиста-кшатрия и млеччхи - тоже млеччха, несмотря на приданое, и ее статус по индуистским понятиям - наложница или девадаси, и ее сын не достоин священной церемонии посвящения и наречения индуистского имени, даже будучи сыном пешвы Баджирао - все равно он млеччха. А уж какой влиятельной персоной был герой Баджирао в регионе и государстве, из самых-самых высших же... Но даже ему не было позволено многоженство и законный брак с полукровкой-млеччхой, и тем более при наличии сыновей и благочестивой жены-индуски. Семья предпочла видеть его мертвым, а не двоеженцем.

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Майкл Мадана Камараджу \ Michael Madana Kamaraju (2008). Рецензия

Годное кино для тех, кто любит и способен адекватно врубаться в специфический концентрат буйного телужицкого комедийного безумия. Кино...